7 февр. 2015 г.

Дело Литвиненко

Великобритания подтвердила свое нежелание сотрудничать с российскими спецслужбами в расследовании убийства Александра Литвиненко

Переговоры между главами российского и британского внешнеполитических ведомств не закончились прорывом для двух стран. Москва, как и прежде, подтвердила готовность сотрудничать с Лондоном по «делу Литвиненко», но лишь в рамках российских законов. Великобритания в лице главы МИД Уильяма Хейга, как всегда, отказалась...
Отношения между Москвой и Лондоном не так уж плохи, как это может показаться. Такой вывод сделал в среду министр иностранных дел России Сергей Лавров по итогам прошедших в российской столице переговоров со своим британским коллегой Уильямом Хейгом.
«У нас две нормальных страны, два нормальных правительства, и мы заинтересованы в прагматичном обсуждении всех без исключения вопросов, включая те, по которым у нас позиции не совпадают», – заверил глава российского МИДа.

Как известно, главные проблемы в российско-британских отношениях – это Грузия и дело экс-офицера ФСБ Александра Литвиненко, отравленного в Лондоне четыре года назад.

Правда, сторонам и на этот раз не удалось добиться какого-либо прогресса по этим вопросам.
Так, касаясь нашумевшего убийства Литвиненко, в котором Лондон обвиняет депутата Госдумы Андрея Лугового и требует от Москвы его выдачи, Лавров подтвердил готовность российских правоохранительных структур к сотрудничеству по этому вопросу с британскими коллегами. «Мы подтверждаем нашу позицию, что мы готовы к сотрудничеству на основе наших законов», – приводит слова министра РИА «Новости».

Однако для этого, подчеркнул он, британская сторона должна представить России имеющиеся у ее следствия материалы, чего сама Великобритания делать категорически не хочет.

Хейг, в свою очередь, подтвердил неизменность позиции Лондона по поводу невозможности возобновления сотрудничества с российскими спецслужбами.

В России подобное упрямство считают странным и даже вредным. «Это решение, которое было принято предыдущим британским правительством, мы приняли в качестве объективного факта и просто предупредили, что в отсутствие контактов по линии ФСБ будет трудно поддерживать нормальное взаимодействие по борьбе с терроризмом», – напомнил Лавров.
Впрочем, Хейг заверил, что замороженное сотрудничество между спецслужбами не означает то, что две страны должны «остановиться и не работать друг с другом в области борьбы с организованной преступностью, нелегальной миграцией, киберпреступностью». «Мы сегодня сталкиваемся с серьезными проблемами нераспространения, международным терроризмом, проблемами изменения климата. Нельзя решить эти проблемы, если наши правительства не будут работать вместе. Лондон рассматривает Россию как важного партнера на арене безопасности», – отметил британский министр.

Великобритания не прочь продолжить сотрудничество с Россией и в экономической сфере, тем более, как напомнил Хейг, его страна инвестирует в нашу экономику более 30 млрд фунтов стерлингов.

Лавров, со своей стороны, касаясь темы бизнеса, напомнил своему коллеге о том, что Лондону было бы неплохо облегчить визовый режим для россиян. «Рассчитываем, что хотя Великобритания и не является частью Шенгенской зоны, в наших отношениях мы сможем создать более комфортные условия для общения наших граждан, особенно тех, кто занимается бизнесом, кто участвует в образовательных и культурных обменах», – отметил он.

Следующая встреча двух министров должна состояться в начале следующего года, на этот раз в Лондоне. Во всяком случае Лавров уже получил официальное предложение включить поездку в Великобританию в график своих визитов.

Расследование обстоятельств смерти Александра Литвиненко, которое проводится сейчас в Британии, может быть аннулировано и заменено публичным процессом, в рамках которого можно будет рассмотреть некоторые свидетельства по делу за закрытыми дверями.
Коронер, возглавляющий расследование обстоятельств гибели Александра Литвиненко в Великобритании, заявил, что в рамках существующего расследования он не может принимать на рассмотрение никаких свидетельств того, что к его смерти причастно российское государство.
Сэр Роберт Оуэн также не может рассматривать утверждения, что британские власти могли предотвратить гибель Литвиненко.
Ранее министр иностранных дел Великобритании Уильям Хейг подал коронеру прошение не обнародовать секретные документы, связанные с этим делом.


В постановлении коронера говорится, что он предпочел бы вообще не рассматривать эти вопросы, чем рассматривать их в неполном виде, что могло бы привести к ложным выводам.
Он добавил, что рассмотрит вопрос о возможном расследовании за закрытыми дверьми.
Александр Гольдфарб, друг Литвиненко и его вдовы Марины, заявил, что решение судьи глубоко его огорчило. По его мнению, британское правительство ставит политические отношения с Россией выше необходимости проведения открытого расследования.
"С другой стороны, это косвенное признание британского правительства того, что российское государство причастно к преступлению, и это является частичной победой Марины", - сказал Александр Гольдфарб.
Александр Литвиненко скончался в возрасте 43 лет от отравления полонием-210. Столичная полиция в Лондоне выдала два международных ордера на арест двух подозреваемых по этому делу - российских граждан Андрея Лугового и Дмитрия Ковтуна, которых российские власти отказываются выдать Британии.
В специальном заявлении сэра Роберта Оуэна говорится: "Я придерживаюсь мнения, что мне следует рассмотреть доводы в пользу того, что суду следует направить министру внутренних дел просьбу о начале проведения публичного расследования".
По его словам, вопросы о предотвратимости убийства Литвиненко и о причастности к нему российского государства имеют центральное значение для расследования. Касаясь первого вопроса, коронер сказал, что его долг по проведению полного, справедливого и бесстрашного расследования оказался бы под сомнением, если бы свидетельства по делу не были рассмотрены судом.

Вдове убитого в Лондоне экс-сотрудника российских спецслужб Александра Литвиненко Марине Ливтивненко было отказано в просьбе ограничить судебные издержки суммой в 40 тысяч фунтов (60 тысяч долларов) в случае, если ее попытка оспорить решение правительства Великобритании об отказе в проведении общественного расследования смерти ее мужа окажется безуспешной. Адвокат Марины Литвиненко Бен Эммерсон заявил, что если Высокий суд сочтет решение правительства Британии об отказе в проведении общественного расследования смерти ее мужа законным, ей придется заплатить около 40 тысяч фунтов. По словам Эммерсона, эта сумма сопоставима со стоимостью всего имущества вдовы. Ранее министр внутренних дел Великобритании Тереза Мэй отклонила предложение об общественном расследовании, указав на несколько причин, в том числе возможный ущерб отношениям с Россией. Министр, однако, подчеркнула, что это не было решающим фактором, а главным были соображения национальной безопасности Британии. Он также заявил, что исключение свидетельств по вопросу о причастности российского госадарства вызывает у него глубокую озабоченность. "Если бы по обстоятельствам смерти Литвиненко проводилось публичное расследование, все эти свидетельства были бы приняты во внимание", - сказал коронер.

Марио Скарамелла, итальянский партнер Александра Литвиненко, предупредил его о готовящемся покушении, но было слишком поздно, сообщил сам Скарамелла на открытых слушаниях в Лондоне об обстоятельствах смерти Литвиненко.
Встреча Скарамеллы и Литвиненко состоялась 1 ноября 2006 года около трех часов дня - буквально через 15-20 минут после этого Литвиненко получил смертельную дозу радиоактивного полония-210 и умер от лучевой болезни через 23 дня.
Марио Скарамелла - человек, на которого первым пало подозрение в отравлении Литвиненко - добровольно приехал из Италии на слушания, на которых в эти дни оглашаются показания, относящиеся непосредственно к событиям ключевого дня 1 ноября.
В среду в суде по видеосвязи из Франции также выступил еще один свидетель - бывший сотрудник КГБ, эмигрант Евгений Лимарев, который, собственно, и сообщил Скарамелле о грозящей Литвиненко опасности.
Итальянский сюжет
Сотрудничество Александра Литвиненко с Марио Скарамеллой составляют в деле об отравлении полонием отдельный, "итальянский" сюжет, в котором до сих пор остается много неясного.
Скарамелла, имеющий у себя на родине весьма сомнительную репутацию (в прессе самые мягкие эпитеты в его адрес - "болтун" и "выдумщик"), в среду представил свой взгляд на события десятилетней давности.
По его словам, в начале 2000-х годов он работал в качестве советника при так называемой "Комиссии Митрохина", по решению итальянского парламента проводившей расследование возможного сотрудничества некоторых итальянских политиков с советским КГБ. (Комиссия получила название по имени Василия Митрохина - ныне покойного бывшего сотрудника КГБ, бежавшего в свое время на Запад и вывезшего с собой весьма ценный для иностранных спецслужб архив).
По роду своей деятельности Скарамелла искал связи в среде бывших сотрудников российских спецслужб и таким образом в декабре 2003 года познакомился с Александром Литвиненко.
Литвиненко, представившийся ему как специалист по российским спецслужбам, в свою очередь познакомил Скарамеллу с Евгением Лимаревым - бывшим сотрудником КГБ, эмигрировавшим в начале 90-х годов и предоставлявшим услуги по сбору конфиденциальной информации.
По словам Скарамеллы, Литвиненко представил Лимарева как "специалиста по российской организованной преступности".
Деятельность "Комиссии Митрохина", созданной по инициативе Сильвио Берлускони, в итоге оказалась абсолютно бесплодной - ей не удалось найти подтверждений тому, что тогдаший премьер-министр Италии Романо Проди был агентом КГБ. Комиссия была распущена в апреле 2006 года, Проди через полгода вновь выиграл выборы, а против самого Скарамеллы было заведено уголовное дело по обвинению в клевете.
Заказ для киллеров
На слушаниях в среду Марио Скарамелла настаивал на том, что с апреля 2006 года не имел контактов с Литвиненко, так как после окончания работы комиссии у него не было в этом нужды, а поддерживать дружеские связи в этой среде, по словам итальянца, "очень опасно".
Однако он продолжал сотрудничество с Лимаревым, который в ряде электронных писем, датированных осенью 2006 года, предупреждал Скарамеллу, что против него и бывшего председателя комиссии Паоло Гуццани российскими спецслужбами готовится провокация или даже покушение - за их "активную антироссийскую деятельность". Также, по словам Лимарева, под угрозой находились Борис Березовский ("враг России номер один", как он характеризуется в одном из писем) и Александр Литвиненко.
В частности, Лимарев получил из своих источников информацию, что разработкой операции против Скарамеллы и Гуццани занимались некие люди по имени Власов и Убилава. Причем Власов характеризуется как опытный и надежный организатор и координатор подобных "активных операций" российских спецслужб, в том числе убийств. Но исполнителями должны были стать настоящие профессиональные киллеры.
"Он (Лимарев) думает, что Малышевская и Тамбовская ОПГ из Петербурга будут использованы, чтобы послать к нам киллеров", - пишет Скарамелла в одном из писем Литвиненко.
25 октября 2006 года Скарамелла решает, что дело дальше не терпит отлагательств, и договаривается с Александром Литвиненко о встрече в Лондоне в один из дней с 31 октября по 4 ноября - когда сам итальянец должен будет принимать там участие в конференции Международной морской организации.
Хотел начать торговать медью
Встреча состоялась в три часа дня 1 ноября в ресторане ITSU на Пикадилли.
"Литвиненко был больше поглощен своей едой, а не тем, что я рассказывал", - с сожалением рассказывает Марио Скарамелла.
Итальянец принес на встречу распечатки писем от Лимарева и потребовал от Литвиненко, чтобы тот выяснил, насколько можно доверять подобной информации, не пытается ли Лимарев его шантажировать каким-то образом.


Литвиненко, по словам Скарамеллы, ответил, что ему надо сначала дать эти письма сыну, чтобы тот ему их перевел (сам Литвиненко довольно плохо владел английским языком).
Марио Скарамелла также утверждает, что в ту встречу Литвиненко не только не озаботился предупреждениями о возможном покушении, но наоборот - начал взахлеб рассказывать Скарамелле о своих планах с помощью прошлых связей в органах начать бизнес по торговле медью.
Фактически встреча в ITSU закончилась ничем - они разошлись минут через сорок пять, Скарамелла пошел на конференцию, а Литвиненко - в отель "Миллениум" на встречу с Андреем Луговым.

На слушаниях в среду советник дознания Робин Там продемонстрировал схему заражения полонием зала ресторана ITSU.
По пока не объясненной причине зараженными оказались скамейки у столика, соседнего с тем, за которым сидели Скарамелла с Литвиненко.
На уточняющий вопрос Тама свидетель еще раз - как и на предыдущих допросах британской и итальянской полиции - с уверенностью заявил, что они сидели за столом, где впоследствии не было найдено никаких следов полония.
Однако сам Скарамелла оказался подвержен действию этого вещества.
19 ноября, то есть за четыре дня до смерти Литвиненко, Скарамелла обратился в больницу у себя на родине в Италии с жалобой на возможное отравление радиоактивным таллием. По его словам, еще в начале октября все тот же Лимарев предупреждал его о том, что покушение может быть совершено с помощью именно этого вещества.
Однако таллия в его организме не обнаружили, а вот 1 декабря - когда причина смерти Литвиненко уже была известна - в анализах Скарамеллы был обнаружен полоний. Но количество его было невелико, и уже 23 декабря врачи объявили, что жизни Скарамеллы ничто не угрожает.
Полиция также не обнаружила никаких следов полония в самолетах, на которых Скарамелла летал из Италии в Англию и обратно.
Показания Лимарева
Достаточно стройная картина показаний Марио Скарамеллы на слушаниях в среду изначально была несколько смазана показаниями свидетеля, выступавшего до него - Евгения Лимарева.
Лимарев давал показания по видеосвязи из Франции и при этом поставил условие, что его лицо не должны видеть публика и пресса.
Загадочности фигуре Лимарева придавало и то, что, согласившись участвовать в слушаниях, он, как казалось, пытался максимально заретушировать свою роль в этом деле и на большинство вопросов отвечал "я не уверен" и "я не помню".
Свидетель так часто затруднялся отвечать на вопросы, что в какой-то момент судья Роберт Оуэн даже обратился к советнику дознания Роберту Таму: "Возможно, дальнейшие исследования пробелов в памяти будут непродуктивны".
Евгений Лимарев категорически воспротивился тому, чтобы его называли бывшим "агентом КГБ" - по его словам, он, имея специальность переводчика, лишь преподавал пару лет в училище внешней разведки в Балашихе в конце 80-х годов. В начале 90-х он эмигрировал - сначала в Швейцарию, затем переехал на постоянное жительство во Францию. При этом он несколько раз повторил, что с 1999 года вообще не имел никаких контактов ни с российскими спецслужбами, ни в целом с Россией.
В целом Лимарев опроверг подлинность продемонстрированных в среду на слушаниях писем - а ведь только они подтверждают показания Марио Скарамеллы.
По словам Лимарева, он действительно переписывался со Скарамеллой, но к электронным почтовым "ящикам", как он утверждает, имели доступ несколько человек, и Евгений Лимарев предполагает, что либо сам Скарамелла, либо кто-то другой внесли в его письма изменения.
Правда, свидетель не смог ответить на вопрос, какие именно изменения, и признал, что в целом смысл писем отражает его "точку зрения на ситуацию на тот момент".
Свой отказ подтверждать подлинность писем Лимарев аргументировал еще и тем, что в 2006 году он, приехав в Рим, был там ограблен - и у него похитили все, включая дискеты с перепиской.
"Офицеры СВР и оргпреступность - одно и то же"
Позиция Лимарева объясняется, вероятно, тем, что 23 ноября - в день смерти Литвиненко - в итальянской газете La Repubblica появился материал о деятельности Скарамеллы, в котором Евгений Лимарев прямым текстом называется его "источником". Статья цитирует и самого Лимарева - он категорически опровергает то, что когда-либо давал Скарамелле какую-либо конфиденциальную информацию.
Под конец допроса Лимарева советник дознания Робин Там продемонстрировал еще одно письмо, подлинность которого Лимарев признал, но сказал, что не помнит, кому он его адресовал.
Письмо озаглавлено большими буквами "ПРЕКРАТИ ЭТО!", и начинается оно со слов: "Какого черта происходит?! Почему мое имя всплывает в масс-медиа?"
Адвокат Марины Литвиненко Бен Эммерсон попытался все же прояснить у Евгения Лимарева, насколько серьезно можно воспринимать описанный в письмах "заговор российских спецслужб с целью покушения на Скарамеллу и Гуццани".
"В письмах вы пишете "они". Это о ком - об офицерах СВР (Службы внешней разведки) или о представителях организованной преступности?" - спросил адвокат.
"Для меня офицеры СВР и организованная преступность - это одно и то же", - неожиданно подтвердил Евгений Лимарев.
"Не могли бы вы назвать имена тех, кого вы имели в виду?" - уточнил Эммерсон.
На этот вопрос Лимарев отказался отвечать, уточнив, что готов сообщить имена непублично.
Следующее заседание в Высоком суде в Лондоне состоится в четверг 26 февраля.


Источник




Космополит К°on

1 Комментарии:

чому ніхто не живе в Росії то внучка Сталина — Крис Эванс. Ей 40 лет, живёт в Портленде, владелица винтажного магазина.
«Гражданин США Сергей Хрущёв бывает в Москве наездами, в основном на презентациях своих книг и похоронах своих родственников. Правнучка Никиты Сергеевича, Нина Львовна Хрущёва, преподает на факультете международных отношений в университете New School в Нью-Йорке.

Преподавала хореографию в Майами внучка председателя КГБ СССР и Генсека КПСС Юрия Андропова, Татьяна Игоревна Андропова. Там же, в США, живет и её брат Константин Игоревич Андропов.
Правнук Леонида Ильича по линии сына, Дмитрий, сейчас изучает политологию в Оксфордском университете. В Калифорнии живет и племянница Леонида Брежнева — Любовь Яковлевна.
Дочь главного идеолога позднего коммунизма, аскета Михаила Суслова, Майя Михайловна Сумарокова, с 1990 года вместе с мужем и двумя сыновьями живет в Австрии.

Дочь Горбачева Ирина Вирганская живет, в основном, в Сан-Франциско, где располагается главный офис «Горбачев-Фонда», в котором она работает вице-президентом».
Да, и что-то никто из детей коммунистических бонз не хочет оседать в КНДР или Венесуэле Коммунисты порвали свои партбилеты. Горбачёв теперь в Англии юбилеи справляет. Дети наших комунистов учатся в Кембриждах, ездят на иностранных Бентли.Круизят на яхтах идея обзывать других предателями процветает до сих пор вступить во 2 Мировую войну, захватив Польшу с дружком-Гитлером Сначала послать наш Солдат на советско-нацистский парад в Бресте, врать им 70 лет про изобилие при коммунизме, потом обокрасть, дав им нищенские пенсии? Товарищ, не там предателей ищете.А где парт билет Путлера

Отправить комментарий



ВАТНИКИ НЕ МОГУТ ОСТАВЛЯТЬ КОММЕНТАРИИ

Twitter Delicious Facebook Digg Stumbleupon Favorites More