Где кончается Империя

Телевидение это продолжение Империи иным способом.
Пограничные вешки хорошо видны в любое время суток, четко и ясно обозначают территорию: Пушкин – поэт, Дзержинский – чекист, Кадыров – президент, Тольятти – город , Сталин – генералиссимус, «Челси» – футбольный клуб.

Гайдар в четырнадцать лет командовал полком, Гагарин – первый человек в космосе, Калашников – пистолет-пулемет, Высоцкий умер в сорок два, Медведев - мелкий политический интриган в эпоху Жириновского.

Газпром и Березовский работают на Империю. Последний - враг моего врага. Православный Борис Абрамович хоть и периодически оповещает из Лондона, что Кремль – сосредоточение всевозможного вселенского зла, но в любой момент готов соскочить и вернуться. Если простят. А так, ничего личного.

Но пока они всем скопом пытаются уговорить, что Москва – центр цивилизации, а их язык – это всего лишь необходимая плата за вход. Делают это при помощи газа, нефти, руды, угля, прочих полезных ископаемых и писателя Дмитрия Быкова. При этом не гнушаются ничем: издают глянцевые журналы, делают репродукции с картин Левитана, разливают пиво «Миллер» и «Асахи», совершают официальные дружеские визиты, неофициальные встречи без галстуков, устраивают международные авиашоу и недельные показы мод.

Я даже спорить не собираюсь.

Мегаполис со своей спецификой, тротуарной плиткой, парадами, храмами, банками, лицедеями и сумасшедшими. Государственные перевороты, модельные агентства, олигархи, спецслужбы, ракетные войска, организованные преступные группировки.

Норильский никель.

Русский алюминий.

Вин-биль-дам…

Дорогая недвижимость, мигранты, пробки, вернисажи, деликатесы, аэропорты, чиновники, университеты, проститутки, автомобильные салоны, театры.

Центр их цивилизации.

Солженицын – писатель, Терешкова – космонавт, Каганович – метрополитен. Межбанковская валютная биржа, индекс РТС, Ренессанс-капитал…

Ну и что?

Никита Михалков закончился, сдулся и нет дрожи в коленках, когда звучит «Славься Отечество наше свободное». И никогда не было.

Хаим Сутин – русский художник, Николай Цискаридзе – русский танцовщик, Иосиф Бродский русский поэт.

«Если выпало в Империи родиться, лучше жить в глухой провинции у моря».

У нас хоть и нет европейского лоска, и практически из каждой подворотни несет провинцией, но в почти забытом Богом Париже, где на вывесках пишут не «крама», а «магазiн працуе с 10-00 до 20-00», голубика два сантиметра в диаметре.

Конечно, наша литература – это не Чергинец , а поэзия – это не Рубинов. Эти могут называть свое творчество как угодно, но их отравленную воду пить нельзя. Они - потемневшие от постоянного использования из последних сил скрывающие неизбежно проступающую ржавчину крепежные детали в небольшом амбициозном и уже постоянно буксующем агрегате. Их книги не увлекательные механизмы манипулирования, которые осторожно, стараясь никого не спугнуть, создают привлекательные образы, за которыми не видны дымящиеся трубы коксохимического комбината или развороченный бетон разрушенного атомного реактора. Их книги - ледорубы, при помощи которых ставят окончательные точки в политических разногласиях.
Они – та самая часть Империи, которая никак не хочет отделиться. Они готовы править вчерашний день, чутко спать в президиумах. Они способны интересоваться только собой и своим местом в сегодня и в завтрашнем дне. Для них американцы никогда не были на Луне, Берлинская стена все еще стоит, а победа нашей спортивной команды подтверждает правильность курса выбранного страной и ее лидером.

Но Империя кончается там, где выключают телевизор. А до Вильнюса всего сто семьдесят километров.

Евгений Липкович