17 июн. 2012 г.

Дело Маты Хари

Дело Маты Хари и век спустя не дает ответа, кто она – гениальная агентесса, жертва интриг или мелкая сошка в державных играх..

ПРОЛОГ И ЭПИЛОГ

Одиннадцать французских солдат из комендантского взвода, поеживаясь от холодного ветра, стояли на заросшем бурьяном плацу Венсенского замка, превращенного в тюрьму.

Они не знали, кого начальство приготовило для казни, и невольно вздрогнули, когда капрал и тюремный священник вывели из здания высокую женщину в белоснежном до пят платье, расшитом жемчугом, в широкополой иссиня-черной шляпе с вуалью и в перчатках до локтей. Наблюдая ее царственную поступь, каждый из них втайне надеялся, что в стволе именно его карабина находится патрон без пули (со времен Наполеона I, дабы не отягощать совесть бойцов расстрельных команд, им выдавали уже заряженные ружья, предупредив, что в патронник одного из них вложен холостой заряд).

Никто не сказал смертнице, где ей встать, она сама выбрала место перед шеренгой – странно! – ни дальше, ни ближе, чем полагалось по инструкции. К ней подошел молодой лейтенант. Одной рукой он протягивал черную повязку, другой – веревку. «Это так необходимо?» – откинув вуаль, усмехнулась женщина. Офицер опешил, не предполагая такой дерзости, и выжидательно посмотрел на адвоката осужденной. Тот поморщился: «Сомневаюсь, что моя подзащитная согласится соблюсти формальности, мсье...» Лейтенант отошел от женщины. Она стояла, с вызовом глядя на солдат. Прозвучала команда. Залпа не получилось. Выстрелы грохнули вразнобой. Женщина медленно опустилась на колени и упала лицом в бурьян. Тюремный врач констатировал смерть, а прокурор укоризненно покачал головой: «Ваши солдаты, лейтенант, никудышные стрелки... Всего три пули в теле. К счастью, одна попала прямо в сердце...»

Так ранним утром 15 октября 1917 года закончился земной путь реальной женщины и началась эра красивых легенд о королеве шпионажа, известной под именем Мата Хари...

СЕМЕЙНЫЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА

Мата Хари, чье истинное имя Маргарет Гертруда Зелле, родилась 7 августа 1876 года в голландском городке Лееуварден. Все предки по линии матери – голландские крестьяне. В жилах же отца текла еще и индонезийская кровь, что не удивительно для Голландии после трех веков колониального владычества.

От матери Маргарет не унаследовала ни грана трудолюбия. От отца – тягу к противоположному полу, игривый нрав, богатое воображение и талант рассказчика.

В 14 лет Маргарет выглядела совершеннолетней красавицей. Наделенная какой-то животной женственностью, она была чрезвычайно обольстительно-аппетитна. Мужчин как магнитом притягивало к этой рослой смуглянке. Директор гимназии, где училась Маргарет, буквально потерял от нее голову и однажды, не сумев сдержать страсть, изнасиловал ее. Чтобы избежать позора, сексапильное создание сбежало в Амстердам, где, накупив столичных газет, без устали штудировало раздел брачных объявлений. Наконец, найдя самое привлекательное, в три дня окрутила и женила на себе сорокалетнего капитана голландской армии, шотландца Рудольфа МакЛеода.

Через год совместной жизни выяснилось: джентльмен-офицер и вульгарная недоучка абсолютно не подходят друг другу. МакЛеод, рассчитывая сделать блестящую карьеру, усердно занимался самообразованием. А Маргарет испытывала непреодолимое отвращение к полезной деятельности во всех ее проявлениях. Кроме того, она из принципа никогда не говорила правды...

Вскоре МакЛеоду предложили звание майора и резервный батальон на Яве. Ни буйная природа, ни древняя культура Индонезии не заинтересовали Маргарет. Со статусом офицерской жены ее примиряло лишь положение первой дамы в гарнизонном городке. Это положение она безжалостно эксплуатировала, услаждая... свою плоть. Маргарет не усматривала ничего дурного в том, что время от времени – 3–5 раз в неделю – изменяла МакЛеоду с его молодыми сослуживцами. Трогательная любовь к мундирам сочеталась у нее с не менее трогательной привязанностью к вознаграждениям за эту любовь в виде морского жемчуга, золотых украшений и даже в виде... денежных знаков.
Ну а что делать?! – восклицала Маргарет, – ведь жалованье Рудольфа – это какое-то недоразумение, а я – просто нищенка!»

Навет! Ибо майор МакЛеод на свое жалованье не только содержал семью, но и построил двухэтажный дом, нанял садовника и няньку для детей. Причина была в самой Маргарет. Она, женщина вулканического темперамента, после рождения второго ребенка и вовсе превратилась в нимфоманку: открыто флиртовала и изменяла мужу с его юными подчиненными, чем в конце концов довела Рудольфа до физического и нервного истощения.

ИЗ ПЕШЕК В ДАМКИ

В начале 1902 года супруги МакЛеод вернулись в Голландию. Рудольф был на грани срыва и потребовал развода. Бывшей жене он установил пенсию, которой хватило бы женщине без претензий, но только не Маргарет, чей экстравагантный вкус начал поражать окружающих. Она решила посвятить себя театру и отбыла в Париж, но обнаружила, что у нее нет ни специальной подготовки, ни связей в столице. Она стала натурщицей, позируя обнаженной для театральных афиш. Но и это амплуа не принесло ей успеха. Она вышла на панель, как вдруг ее ангажировал хозяин великосветского дома свиданий. Там она выучилась искусству, которое помогло ей стать самой известной и дорогой куртизанкой Старого Света.

Еще на Яве Маргарет была очарована танцами местных красавиц. Их чувственные движения пробуждали в ней темперамент и страсть. И вот теперь в Париже втайне от подруг-проституток она воскрешает в памяти особенно пикантные па, откровенно сексуальные позы и провокационные изгибы тела. В поисках своего имиджа Маргарет разрабатывает собственную модель псевдоиндийских эротических танцев. Под руководством личного импресарио она выступает в салонах высшего света и разъезжает по частным вечеринкам, где танцует голой на столах, яростно-страстными па приводя зрителей в сексуальное бешенство. Чтобы привлечь к себе больше внимания, отныне она именуется Леди МакЛеод. Репортеры светской хроники писали:

Леди МакЛеод, не являясь профессиональной артисткой, способна делать то, что делают восточные жрицы: передавать чувственный трепет. Она фантастично сексапильна, и эротическая энергия истекает от нее, как волны от радара, а мужская часть зала не может оторвать глаз от... морских биноклей, познавая с их помощью красоту ее тела...»

В марте 1903 года избранному кругу меценатов парижского Музея Востока было обещано нечто до той поры невиданное и весьма экстравагантное. Пока импресарио Леди МакЛеод объяснял собравшейся элите религиозную символику шоу, по залу разливался дурманящий аромат восточных благовоний. В такт загадочной музыке, словно льющейся из дудочки заклинателя змей, медленно поднялся шелковый занавес. Из мерцающих золотых и серебряных бликов бесшумно возникла сказочная грация и начала танцевать. Один за другим она сорвала с себя куски воздушной ткани, пока на ее смуглом теле не остались лишь сверкающие золотом цепи и ожерелья из мерцающих камней.

Искушенные парижские снобы были очарованы пряной диковинкой. Увиденное ими было чем-то на грани греха и искусства. В ту ночь разгорелась слава Маргарет. Она нашла свое лицо и тут же поведала публике заранее заготовленную автобиографию:

«Родилась я в Южной Индии, в браминской секте, где мой отец был святым, а четырнадцатилетняя мать – танцовщицей храма, которая, едва родив меня, тут же отошла в мир иной. Я воспитывалась браминскими священниками, от них и получила имя Мата Хари, что означает «глаз утренней зари».

Я много лет обучалась тому же искусству, которым в совершенстве владела моя мать, – искусству религиозного эротического танца. В тринадцать лет я, готовясь расстаться с невинностью, была посвящена в тайны Веры и Любви. В ночь прихода Весны я впервые танцевала нагой на гранитном алтаре великого храма Канда-Свану.

Однажды меня увидел молодой офицер. Он был поражен красотой моего тела и печалью, источаемой моими глазами. В гневе от мысли, что я стану рабой храмовых жрецов-распутников, он похитил меня. В знак благодарности я родила ему сына. Но сына отравил слуга-брамин, а я, обезумев от горя, задушила его собственными руками. Но беда преследовала меня: мой муж умер от лихорадки. Я не могла вернуться к алтарю и уехала в Европу, чтобы раскрыть всем великие тайны мистической эротики Востока...»

Эта трогательная и вместе с тем от начала до конца лживая история довела парижскую богему до экстаза, и Маргарет стала сенсацией. Леди МакЛеод исчезла. Родилась Мата Хари – священная танцовщица древнего восточного храма.

Так или иначе, выступления Мата Хари в течение нескольких сезонов оставались самым модным явлением парижской жизни. Она без стеснения требовала гонорары, и ей никогда не отказывали. Пара тысяч золотых франков за танец представлялась высшему свету умеренной ценой (в те годы средний заработок во Франции составлял 5 франков в день). Кроме того, каждый танец приносил ей улов в виде двух-трех поклонников. Это были отпрыски европейских монархических династий, совершавших кинжальные набеги в Париж; это были члены французского правительства; это были юные офицеры и убеленные сединами генералы из многих стран. Без преувеличения Мата Хари пользовалась таким громким успехом у великосветских волочил, что иногда не успевала... им пользоваться. Была она ну прямо-таки нарасхват!

Откровенным эротизмом выступлений она потрясла всю континентальную Европу. Ее приняли в балет Монте-Карло. Лишь Сергей Дягилев, в то время гастролировавший в столицах Старого Света, не пожелал взять ее на роль прима-балерины в свою труппу. Впрочем, его отказ нисколько не нарушил привычного хода событий. К ее восторгу словосочетание «таинственная Мата Хари» неизменно оказывало на мужчин наркотическое действие. Но к 1907 году Париж начал уставать от Маты Хари.

Молодость оставалась позади, и Мата Хари, прячась от кредиторов, пытается найти контракты в Лондоне. Однако англичане быстро поняли, что на самом деле она – вульгарная танцовщица парижского светского дна. Лондон отверг ее, но Берлин, всегда отличавшийся своей тягой к грубой эротике, принял тридцатилетнюю стриптизершу еще более шумно, чем Париж. Теперь в Берлине она развернула бурную деятельность в постелях самых известных сынов Фатерлянда: кронпринца Вильгельма и его зятя, герцога Брауншвейгского...

Кронпринц Вильгельм Прусский – один из любовников Маты Хари и высших военных руководителей кайзеровской Германии

13 января 1917 года Мату Хари арестовали. Предварительное следствие вел опытный следователь французского военного министерства Луи Бушардон, участвовавший в ряде политических процессов того времени. После ознакомления с материалами, изобличавшими Мату Хари как немецкую шпионку, он бесповоротно убедился в том, что бесчисленных, ничем не подкрепленных донесений французских секретных агентов о действиях Маты Хари гораздо больше, чем фактов, которые могли бы явиться реальными уликами о ее шпионской деятельности. Однако на суде Бушардон, идя в фарватере не менее «бесповоротных» установок правительственных чиновников, вынужден был придерживаться обвинительного уклона.

Невозможно перечислить все провалы Антанты, в которых обвинили (или которые невольно поставили в заслугу?!) Мату Хари в ходе состоявшегося 24 июля 1917 года судебного процесса. Официальным свидетелем обвинения от Второго бюро (французская контрразведка) был назначен капитан Жорж Ладу. Он произнес яркую изобличающую речь. Опубликованная во всех европейских газетах, эта речь впоследствии стала прародительницей сенсационной легенды о всепроникающей супершпионке, которая и сегодня восхищает и завораживает миллионы мужчин и женщин.

Итак:

«Основываясь на информации, полученной из секретных источников, мы считаем, что именно во время пребывания в Берлине началось преступное сотрудничество подсудимой с германской разведкой. Почему именно в Берлине? Ну, во-первых, наш информатор наблюдал, как накануне войны в ресторане «Адлон» начальник берлинской полиции фон Ягов вручал ей крупную сумму денег, как было установлено в ходе предварительного следствия, – 30 тысяч немецких марок. Во-вторых, потому что руководство германской разведки не могло не понимать, что женщина, спящая с государственными деятелями Европы, обладает колоссальным шпионским потенциалом. А поняв это, не могло не завербовать ее в качестве секретного агента для работы против Французской Республики. На наш взгляд, есть и другие причины, обусловившие готовность подсудимой «таскать из огня каштаны» для кайзеровского генералитета. К примеру, закат карьеры, нанесший ее тщеславию сокрушительный удар. Кроме того, изрядно потратившись на модисток и ювелиров, а также спустив крупную сумму валюты в казино, она оказалась на мели... Думаю, что немцам удалось сделать из нее самую эффективную агентессу, которой никогда не было ни у одной спецслужбы мира...

По заданию своих хозяев подсудимая неоднократно приезжала в Париж накануне и во время войны. С помощью «дипломатии подушек», через своих многочисленных любовников в правительственных кругах Франции она добывала секреты особой важности и передавала их в Германию.

В соответствии с планом руководства германской разведки, а также чтобы пополнить личный бюджет, Мата Хари предложила свои услуги Второму бюро. Но тут ее постигла неудача, так как я, капитан Жорж Ладу, – заявляю об этом торжественно и без ложной скромности, – не поверил ей!

Агенты, связь с которыми ей поручили установить в Бельгии, были нашими агентами. Их казнь явилась самым весомым доказательством, что подсудимая работает на немцев.

Нам удалось добыть немецкий код и расшифровать телеграмму, посланную из Мадрида в Антверпен германским военным атташе Гансом фон Калле. В ней сообщалось, что агенту Х-21 – номер, под которым подсудимая значилась у немцев, – посланы 15 тысяч франков для подкупа должностных лиц в Париже».

Иногда разглагольствования капитана прерывались контраргументами адвоката подсудимой:

«Ваша честь, – обращаясь к председателю суда, робко произнес доктор Клюне, – утверждение господина капитана, что подсудимая за выполнение шпионских заданий получила деньги от господина фон Ягова в ресторане, лишены логики и, как следствие, доказательной силы... И господин Ягов, и моя доверительница – люди весьма известные в Берлине. Если бы они были шпионским тандемом, то разумно ли с их стороны демонстрировать окружающим то, о чем не должен знать никто: их шпионский пакт? Думается, и тут я согласен с объяснением, представленным моей доверительницей, что это была плата не шпионке, а женщине за продолжительный период интимных услуг... Не могу не обратить ваше внимание, ваша честь, на еще один посыл господина Ладу: 15 тысяч франков, полученные моей доверительницей от военного атташе из Мадрида. И в этом случае мы имеем дело с фактом «двойной трактовки»: деньги перечислены не за шпионаж, а за оказание интимных услуг. К тому же деньги были посланы открытой почтой, что уж совсем непозволительно делать такому опытному шпиону, каким, вероятно, является господин Ганс фон Калле... Ведь он, насколько мне известно, военный разведчик... Вместе с тем заявляю с полной категоричностью, что его служебное положение не может и не должно бросать тень на мою доверительницу!»

Справедливости ради надо отметить, что подобных доводов в пользу подсудимой адвокат представил более сотни, но они так и не были приняты судом.

Судебный процесс достиг апогея, когда капитан перешел к оглашению десяти основных пунктов обвинения:

1. Подсудимая руководила операциями немецкой агентуры во Франции.

2. У своих любовников, офицеров Антанты, выведала план обороны Франции и передала его немцам.

3. Выдала немцам сеть французской разведки из 66 секретных агентов.

4. Предупредила германское высшее командование о наступлении войск союзников в районе реки Сомма, в ходе которого они потеряли около 1 млн. солдат и офицеров.

5. Подготовила потопление 17 британских войсковых транспортов.

6. Скрываясь под личиной сестры милосердия и выхаживая раненого штабс-капитана русской армии Вадима Маслова – «единственного человека, которого я по-настоящему любила», – выведала с его помощью французские секретные оперативные планы.

7. Выдала немцам британский морской план, что привело к гибели крейсера «Гэмпшир» с лордом Китченером на борту.

8. Передала немцам планы оперативных полетов французской авиации.

9. Раздобыла секретные чертежи английского танка.

10. Передала немцам план обороны Вердена.

...Сегодня установлено, что так называемые основные пункты обвинения сплошь лживы, ибо все то, что инкриминировалось Мате Хари, совершили более десятка немецких агентов, проникшие в правительственные круги и в военное министерство. Среди них были и трое женщин-агентов. Во главе троицы – Элизабет Шрагмюллер, вошедшая в историю тайных войн спецслужб под псевдонимом Фрау Доктор.

Более того, современные исследователи, проводившие анализ деятельности разведок Франции и Германии начала 1900-х годов, констатируют:

«...В архивах отсутствуют материалы, которые можно было бы считать уликами против Маты Хари. По нашему твердому убеждению, она стала идеальной фигурой «и для битья, и для бритья». Для французов – чтобы списать все просчеты своего Генштаба и принизить заслуги германского командования. Для немцев – чтобы прикрыть плеяду особо ценных агентов, инфильтрованных в правительственные органы Франции».

Почему же в ходе судебного разбирательства Мата Хари была признана виновной? Ответ прост: ко времени заседания суда свой вердикт «виновна» уже вынесла французская пресса. Захлебываясь от душераздирающих и щекочущих воображение обывателя подробностей, газеты обвиняли Мату Хари во всех провалах французского военного министерства. Ее положение усугублялось тем, что все предъявленные ей обвинения легли в благодатную почву общественного мнения, взбудораженного огромными людскими потерями в 1914–1917 годах. В сложившейся ситуации нужно было найти фигуру для жертвоприношения. Народ Франции жаждал крови в отместку за пролитую на полях сражений, и правительство бросило Мату Хари на алтарь отечества.

ПОСЛЕСЛОВИЕ

Кем была Мата Хари в действительности – шпионкой и авантюристкой или модной танцовщицей и жертвой неправедного суда? Служанкой двух разведок, добывавшей ценную информацию, или великосветской куртизанкой, баловавшейся шпионажем в поисках рисковых приключений? Принесла ли она пользу Германии, а ущерб – Франции? И наконец, заслуживает ли она славы звезды шпионажа всех времен и народов? Однозначных ответов на эти вопросы нет и сегодня, спустя девяносто лет после ее казни...
У каждого поколения своя легенда. Иногда одна легенда может очаровать несколько поколений. Именно так случилось с Матой Хари, которую легенда сделала шпионкой высочайшей – «четыре девятки» – пробы. То, что она была великой куртизанкой, игравшей в шпионов, – вне сомнений. Но за это не расстреливают! Тогда что еще? Увы, сегодня истину установить невозможно, ибо в легенде о нашей героине неразрывно сплелись ее собственная ложь, мифы о похождениях целой плеяды немецких шпионов, горстка реальных фактов и заказные статьи журналистов и, наконец, сочинения голливудских сценаристов и импровизация киноактрис.
Образ танцовщицы-шпионки воплотили в кино такие звезды, как Грета Гарбо, Марлен Дитрих, Жанна Моро и Сильвия Кристель. Не исключено, что этот список еще пополнится, а вот окончательной разгадки нам ждать недолго. В 2017 году с документов «процесса века» снимут гриф секретности. А пока имя Маты Хари остается окутанным флером таинственности, будем считать, что эта женщина принесла себя на алтарь собственной миссии...


Космополит К°on

0 Комментарии:

Отправить комментарий



ВАТНИКИ НЕ МОГУТ ОСТАВЛЯТЬ КОММЕНТАРИИ

Twitter Delicious Facebook Digg Stumbleupon Favorites More